Газета является печатным органом
Движения "Суть времени"

User menu

«Долой УК!», или Если пьянку нельзя предотвратить, ее следует возглавить

Пора пройти по Белокаменной с настоящим «Маршем толерантности», господа! Воры имеют право красть, без страха быть осужденными! Взяточники — брать взятки! Хватить жить украдкой! Растление малолетних должно стать, наконец, нормой!

После написания трех статей о толерантности уже не думала возвращаться к этой теме. Ведь вроде всё понятно, чего именно от нас требуют. Чтоб мы не воспринимали чуждое нам как чужое и враждебное (это на вывеске так), то есть относились к нему спокойно-благожелательно. В принципе, предложение приемлемое, понятное для жителей России, веками существующих в довольно пестрой семье этносов и народностей, где у каждого свое культурное лицо. Особенно для русских, веками же стягивавших эти этносы и народности в единый имперский народ. Ну, не было с этим у русских особо проблем («Другие? Очень интересно!»). Можно без преувеличения сказать, что тут накоплен огромный опыт бесконфликтного в целом сосуществования «разных». И если бы мир хотел понять, как это делается, он бы стал изучать именно опыт России, а не экспериментировать с мультикультуральностью.

Но нет! К мультикультуральности выдумана еще пугающая абстракция, названная толерантностью, и всех насильственно в нее гонят. Во что именно — мы уже разбирали. В безоговорочное принятие того, что было веками запрещено культурой и традицией. Причем именно директивно гонят. И именно в то, что ранее считалось грехом, преступлением перед нравственностью. То есть осуществляется жесткая ломка укорененных представлений о добре и зле и размывание имеющихся идентичностей во имя некоей «общечеловеческой» идентичности (на поверку более напоминающую звериную). Ну что такое снятие запрета на инцест, о котором вовсю уже говорят? Да и навязывание гомосексуализма как предпочтительной формы отношений? И псевдонаучная теория «гендера», тут же перешедшая в обязательную для европейских стран практику?

Так вот. Знакомясь всё подробнее с теорией и практикой новой «священной коровы» — толерантности, ужаснувшись нашему положению дел, мне захотелось уже не порассуждать, а буквально возопить. Потому что я увидела серьезные недоработки авторов идеи. А также слишком поверхностное понимание ее гражданами. И — воплю. (Не-не, я не шучу! То есть и шучу, конечно, тоже, но, поверьте, через слезы).

Господа! Вы заметили, насколько мы отстали от жизни?

Ну, то есть вы, конечно, заметили, как тут не заметить! Нас ведь всё учат и учат приезжие с Запада, и мы как раз всё больше и больше замечаем в себе гадких черт, совершенно несовместимых с жизнью в цивилизованных странах. Замечаем, томимся стыдом... Исправляемся, кстати. Но — как? Как исправляемся? В час ведь по чайной ложке! Нас тычут и тычут в несовершенство наших законов, в пагубность привычек — а мы?.. Мы что на это отвечаем? Мы — я про общество в целом, вы не подумайте — в продвинутой своей части (более близкой к западной по ментальности) негодуем и стремимся туда, в цивилизацию, в дикой же (части общества) — проявляем мракобесие. Не спорьте, именно мракобесие. И вы сами (которые более дикие) об этом знаете! И даже почти готовы согласиться вслух. Ну вот чуточку еще поупираетесь — и будете полностью готовы! А в глубине-то души уже и сейчас, поди?

И то сказать! Невозможное это дело — видеть, как мир широкой поступью прет в светлое посткапиталистическое будущее с его трансгуманизмом, его трансвеститами, его трансгендером, и не впасть форменно в транс. Не задуматься в трансе, а к чему все эти упирания рогом (это я про здешних диких — с продвинутыми так вообще вопроса нет)? Если паровоз, а точнее, «Сапсан» современности мчит по скоростной трассе и остановка только в Бологом, и то на две минуты — скинуть этих диких провинциалов-бологовцев — то черта ли держаться за старое? Незачем, ответит вам любой здравомыслящий человек! Ответит и поспешит на станцию. Подсаживаться в быстро уходящий состав. И он будет прав. Потому что зачем ему «Бологое»? Если этот здравомыслящий человек не вполне маргинал? И особенно, если вполне НЕ маргинал? Мы этот процесс вскакивания на подножку уже наблюдаем. Так сказать, онлайн. Он пошел, господа и товарищи!

И он очень напоминает, не побоюсь сравнения, то, что было метафорически описано Эженом Ионеско в пьесе «Носороги». А именно — процесс превращения людей в носорогов. Постепенный переход смотрящих на повальное «оносороживание» горожан из состояния ужаса и отвращения — к приятию и восторгу («Ах, какая у них замечательная толстая кожа! И какие они энергичные!»). С дальнейшим, естественно, вырастанием рога. Ионеско дал жуткую аллегорическую картину фашизации европейского человека.

Но приглядитесь, почитайте сегодняшние стенограммы разных мероприятий: конференций, форумов и мелких семинаров, где идет перековка социальных и прочих государственных работников. Вы убедитесь, что процесс смены человеческой идентичности (назовем это так) — пошел.

Эти люди еще вчера трудились на своем поприще, хоть бы вот в опеке или соцобеспечении, помогали неимущим. Большинство очень даже по-человечески этим занималось, с душой и по многу лет. Сейчас они в растерянности. Слушают заезжих финнов и американцев, примериваются к новым веяниям.

Очевидно, что когда мы боремся с ювенальными случаями, то практически всегда сталкиваемся с «обновленными» опекой или ПДН, с готовностью прессингующими семьи, с теми, кто уже едет в головном вагоне западных технологий. И мы на них ополчаемся. Но это же не значит, что все работники опеки таковы или были таковы! А вот теперь — будут. Дело-то ставят на поток. А с потоком... с потоком особо не поспоришь. Тут «или — или». И сопротивляться потоку — удел совсем немногих. Что же касается других, многих — им просто ничего не останется, как измениться. Им шанса на выбор не предоставляют. Потому как обаяние силы, знаете ли, той самой «энергичности»... И того, что Достоевский называл «всемством». То есть, когда все вместе, и потому никакой индивидуальной вины. Куда ж лучше-то! Вина... ответственность... как-то это, согласитесь, старомодно. Не влечет.

А что влечет, спросите? Куда влечет? У-у-у... там такие горизонты открываются, такие!..

Вот смотрите, всё продвигается под лозунгом «толерантности». Дескать, будем доброжелательны к каждой группе с ее, нам чуждыми, привычками. И всем проявлениям людских прихотей дадим зеленый свет. Объявив их не прихотями (или там похотями), а «правом быть другими». Хорошо. Согласились. Отбросили тысячелетние запреты, наплевали на традицию и культуру (кто не помнит, «культура — это система запретов») и объявили допустимость самых разных, не допускаемых прежде, вещей. Каких? Да всех, про которые можно сказать, что это норма, просто долгое время ее нехорошие (нетолерантные) люди выдавали за патологию. Обманывали нас почем зря. Внушали комплексы и зажимали нашу свободу. А вот теперь она наступила! Она нас захватила и несет на своих крыльях. И мы наконец-то провозглашаем наше право на...

А вот и не угадали! Потому что робко летаете, низенько-низенько. И плаваете — мелковато. Прежде всего — наше право на насилие. Да-да, и на убийство! Ведь если можно, скажем, развращать детей с младенчества (сверьтесь с нынешними рекомендациями ВОЗ — половое просвещение с трех лет! продвинутые исследователи так вообще требуют развивать сексуальность детей с рождения), то почему нельзя убивать? ПОЧЕМУ? Что там у вас? «Не убий»? Ну это, знаете ли, даже не смешно.

Еще скажите «не укради»! Ага. Щаззз! Вы, может, того — клерикал? Мракобес и гонитель великих «пусь»? Крали, крадем и красть будем! Только теперь будем это делать ПО ПРАВУ. А не абы как. Потому что мы — отдельная группа со своими ценностями и нормами существования, вот! И, пожалуйста, не надо нам про УК. Добром просим! Проявите толерантность и отзыньте. А то ведь мы всяко можем, не залежится. (Это я за них договариваю, вы понимаете).

Ладно, отзынули от этих. Пошли дальше. Кого мы видим? Взяточника мы видим! И не одного. О-о-очень большая заслуженная социальная общность. В чем-то даже квазирелигиозная. У нее, чтоб вы знали, свои групповые устои, свой стиль общения, свой язык, свои ярко выраженные интересы. Вы хотите пренебречь ею, проявить к ней нетолерантность?! Может, снова УК вспомните некстати? С присущей вам старомодной бестактностью, а? Так мы вам не дадим этого сделать, потому что в мире, где рулит толерантность — ТОЛЕРАНТНОСТЬ! — взяточник — такой же достойный член общества, как и честный человек. Неужели еще не понятно? Или вы хотите, чтобы он, этот трудяга на ниве элитных коммуникаций, был вечным парией? Ну пусть не по жизни — жизнь давно всё по местам расставила — по закону? Чтоб он таился и боялся? Испытывал стрессы, выполняя особо крупные просьбы клиентов? Зарабатывал себе язву и инфаркт? Ну уж нет! «Берущий» чиновник должен быть огражден законом и общественным мнением от отсталых нетолерантных типов. А если вам — да-да, вот именно вам, в дальнем углу — это не по нраву, так вы идите и исправляйте свой нрав! Пора бы уж.

Для начала проведите аутотренинг. Спросите себя, почему вас раздражает взяточничество? Сходите на групповой сеанс, попробуйте себя в ролях взяткодателя и взяткобрателя. Обсудите проблему с инструктором и коллегами по группе. Глубинное психологическое зондирование поможет вам вытащить из подсознания такой, например, исторический факт, как обсуждение идеи твердого тарифа на «услуги» чиновников — с целью упорядочения процесса и объема чиновной взятки. То было воистину пионерское предложение Гавриила Попова, обогнавшее свою эпоху на два десятка лет! И вот теперь приходит время воплотить смелый замысел! Надо, наконец, признать за мощнейшей когортой российских чиновников ПРАВО НА ВЗЯТКУ. Признать прогрессивный характер особенностей их труда и раз и навсегда покончить с обращенной на них с ненавистью миллионов. Нетолерантных, заметим, миллионов! Миллионов, которые давно пора к ногтю, если честно. С их дикими варварскими замашками, с их завистью к чужому успеху.

То есть вы видите, какие у нас впереди перспективы в части освоения идеи толерантности? Вы почувствовали глубину и размах? Главное, вы осознали, что именно стоит на пути продвижения этой идеи?

«Уголовный кодекс» стоит там и грустно мотает головой. Прямо как ослик Иа-Иа, смотрящий в лужу и изрекающий свое: «Душераздирающее зрелище». А разве не душераздирающее? Как мы вообще жили до сих пор, руководствуясь этим томиком в мягкой обложке?! А вот так и жили, ровно как всё в том же ГУЛАГе! Всякую неординарность норовили упечь за решетку. Еще и возмущались, что много их на свободе гуляет. Тех, которым давно бы надо угомонить в соответствии с УК их разнузданные привычки. И засадить, засадить... туды их! С глаз наших долой этих преступников, от детей наших подальше этих педофилов! И гомиков, гомиков тоже правильно отправляют на нары, нечего! Вот что мы тут, в России, думали в прежние нехорошие времена. И в последующие чуть более гуманные времена — тоже не переставали так думать.

Зато теперь перестанем! Теперь у нас запляшут лес и горы. Потому что, вкусив от западных идей толерантности, мы тут же доведем их до логического завершения со всею удалью и безоглядностью, присущими, как известно, нашему народу. Доведем, доведем... Жив еще курилка!

Как любили пошутить комсомольские секретари промеж своих в оные годы: «Если пьянку нельзя предотвратить, ее следует возглавить». Вот она и будет возглавлена. На удивление всему миру.

А давайте начнем прямо сейчас! Давайте отменим эту поганую книжку — с ее статьями за скотоложество, за развратные действия с детьми, за каннибализм и прочие «разнообразия» в нашей жизни! Да и за взятки — взятки ведь наше святое, наше всё! Выкинем УК на свалку истории!

Мы можем это сделать? Можем! Мы даже обязаны, дабы стать в уровень с современностью. С цивилизованными странами. А в чем-то их и переплюнуть, почему нет?

Пора пройти по Белокаменной с настоящим «Маршем толерантности», господа!

Воры имеют право красть, без страха быть осужденными! Взяточники — брать взятки! Хватить жить украдкой! Растление малолетних должно стать, наконец, нормой!

Вот это есть истинно толерантный взгляд на мир. И не надо нам половинчатых решений. Недосказанностей и незавершенностей. Если допустимы в человеческом обществе педофилия и инцест, если это всего лишь «разнообразие в проявлении естественных сексуальных наклонностей», то — в который раз спрашиваем — почему нельзя убивать безнаказанно?

Можно! Да, и насчет каннибализма тоже, пожалуйста, пересмотрите закончик.

Комментарии

Тимур Гудков | 11/28/13

К чему заглавная картинка, не понял. Это нарисованная на заказ таиландским художником «Ночная стража» бегемотов. В статье про бегемотов ни полслова, из животных упоминаются только носороги.

Мария Мамиконян | 11/29/13
Бегемоты, говорите? Возможно, они показались редактору хомяками (теми самыми). Или просто "из жизни животных". Мы ведь мы к ней всё ближе, и выражение глаз всё похожее, не находите? Ну, а по существу-то, не про картинку, сказать есть что?
dioptriy | 11/29/13

Спасибо за статью!
Одна из проблем при общении с людьми - это неочевидность описываемого пути реформаций. То, что для людей, занимающихся темой толерантности очевидно, для обывателей кажется гротеском, с целью убедить в своём. А потому серьёзно не воспринимается. 
Действительно, если проследить путь толерантности от момента, когда мы впервые об этом понятии услышали, и до сегодняшнего дня, то цель толерантности именно та, что описана в статье. 
Понятие толерантности я впервые услышал в начале 90-х. Тогда я ещё не знал ни об информационной войне, ни о способах её ведения. И само это понятие, симантически не связанное со словянским словообразованием, не казалось мне столь ужасным. Скорее - узкоспециальным. И вот, прошло чуть более 20 лет, и я, участвуя в изучении информационно-психологических войн, отчётливо вижу, какой монстр скрывается за этим понятием.
По-моему не совсем правильно ассоциировать толерантность с русским словом "терпимость". Эта подмена играет злую шутку с пониманием сути толерантности нашими людьми. Проблема кроется в том, что нет у нас такого слова, которое бы раскрыло его понятие. И приходится прибегать к словосочетанию. Для меня толерантность - равнодушие к переменам, вызванных иной культурой. Согласитесь, отнюдь не то же самое, что и терпимость. Терпимость подразумевает что мы допускаем происходящее. Толернатность же не требует этого допущения, достатачно просто невозражать.
Требуется разработа истиного значения понятия толерантности, и широкого внедрения его в сознание людей, что бы оно стало таким же позорным, как и гомосексуализм, педофилия и пр.

dennisme | 12/01/13

Повзволю себе бестактность не согласиться с последним комментарием. На мой взгляд несколько неверно трактующим значение слов "толерантность" и "терпимость", и при Советской Власти достаточно широко распространенных, хотя и имевших определенную, не всегда положительную коннотацию, но уже в зависимости от контекста. Так, например, понятие "высокая толерантность", применительно к алкоголю, было весьма расхожим и обозначало наступление одной из стадий алкоголизма. Так уж получилось, что мне довелось много общаться с медработниками, как в семье так и в ее окружении. Поэтому для моего омедициненного сознания оно всегда будет обозначать сопротивляемость (способность к сопротивлению) организма ядам.

Таким образом экстраполяция, повторюсь, расхожего медицинского термина на социальную сферу вызвало опеределюнную девальвацию его значения. Стоит заметить, что и в английском языке, этот термин изначально имел схожее значение (tolerance - denoting the action of bearing hardship, or the ability to bear pain and hardship). Используя один из приемов постмодерна, извращением смысла слов нам в очередной раз "впаривают" конфетку сделанную сами понимаете из чего.

Что касается пресловутой терпимости, коей в перестройку у нас обнаружился, если не изменяет память, катастрофический недостаток, то кроме как "домов терпимости" и "веротерпимости" на память не приходит из моего советкого детства ровным счетом ничего.

Такая вот опасная игра в слова

Бодрый | 12/09/13

Отличный эпиграф

— Ограбили! — закричал Гудмэн. — Ну и что? — сказал бармен, не поднимая глаз. — Но ведь я считал, что на Транае нет преступности. — Верно. — А меня сейчас ограбили. Как может не существовать преступности на Транае, если меня ограбили? — Так это понятно. На Транае ограбление не считается преступлением. — Ограбление — всегда преступление! — А какого цвета у него была маска? Гудмэн подумал. — Чёрная. Чёрная шёлковая. Бармен кивнул. — Значит, этот человек был государственным сборщиком налогов.

(с) Р.Шекли "Билет на планету Транай"

Владимир Михайлов | 01/26/14

Спасибо! Но, я вот уже в какой раз попробую вставить слова товарища о значении слов... Давайте, эту "толерантность" называть словом с русским корнем. А само по себе это слово неплохое, а вот что покрывается им является очень плохим.

 «Но ведь слова – это не просто знаки каких-то мероприятий, это одновременно и их оценки, то есть они влияют на нравственную норму, довольно консервативную. Слова – это и инструмент мышления; употребляя их, люди начинают мыслить по-другому, «по-новому». И в итоге простые, отзывчивые работники, которых никак невозможно считать врагами наших детей, сначала просто перенимают это «новое мышление», а потом и на деле – и из лучших побуждений! – преступают принятые в обществе нормы….

Не потому ли эти новые технологии не вызывают внутреннего протеста …., что их суть маскируется «правильными словами»….»

Александр Коваленин, «Суть Времени» №48

Русское слово - "вседозволенность".